Руфина Шагапова о сломанных стереотипах в Курултае, заработках коллег и резонансных идеях

— Что вы выберете: критиковать самой или быть критикуемой?

— Критиковать, конечно, всегда легче, но попробуйте сами сделать что-нибудь? Когда ты сам что-то делаешь, чаще всего, становишься объектом для критики. У меня в жизни так получается, что я, кажется, больше тот человек, которого критикуют. Думаю, что это связано с тем, что я не люблю надеяться на кого-то, не люблю чего-то ждать, и, если от меня что-то зависит, я что-то могу сделать, я, конечно, это буду делать, нежели сидеть и критиковать кого-то и ничего при этом не делать.

— Одна из резонансных инициатив, озвученная Вами в последнее время, — отменить мораторий на смертную казнь для признанных виновными в педофилии. Единого мнения в обществе по этому вопросу нет. Вот, к примеру, в социальных сетях около 70% опрошенных поддерживают Вас. Что говорят на этот счет Ваши коллеги?

— Однозначно говорить о реакции моих коллег рановато. Все-таки обсуждение будет осенью, во время голосований. Но могу сказать, что в приватных беседах я чувствую их поддержку. Сложно представить человека, который в здравом рассудке будет против принятия кардинальных мер для таких нелюдей.

— Идея неоднозначная, но появились и те, кто считает, что впору партию «Зеленые» переименовывать в партию «Красные», подразумевая элемент агрессии. Что Вы можете сказать по этому поводу?

— Мой стаж работы в качестве законодателя — 4 года. Может быть, это не большой стаж, но он показывает, что важны общественные обсуждения по той или иной теме. Не важно, что говорят. Главное — что вообще говорят. Хочется, чтобы не оставались равнодушными. Красные, белые, зеленые, синие — какая разница? Если человек вникает в эту тему, по мне так это уже хорошо. Я прекрасно осознавала, когда выдвигала эту инициативу, что мнение окружающих тоже будет неоднозначным. Потому что женщине, матери двух детей и требовать смертную казнь… Я вполне была готова морально к тому, что меня назовут кровожадной и во всем этом могут обвинить. Но нужны бескомпромиссные решения по тяжким преступлениям. Современное общество настолько больное на сегодня, что его лечить надо уже кардинальными методами. Профилактику никто не отменял и не отменяет, но и, похоже, настало время для «хирургического вмешательства».

— Из 110 депутатов башкирского парламента Вы в числе девяти, признанных медийными по версии Агентства политических и экономических коммуникаций. Это успех?

— Я думаю, что да. С другой стороны, это тоже все относительно. За понятием медийность и вообще рейтингами стоит огромный труд. Это ежедневная, ежечасная работа над проектами. Что касается нашей партии «Зеленые», то она не большая, а компактная, достаточно новая в Башкирии. Любой успех — и партии в том числе — воспринимается как свой личный успех и личный вклад в продвижении этой партии. И это все требует огромного усилия.

— Вы занимались юридической практикой. Когда и при каких обстоятельствах Вы поняли, что Вам нужно заниматься политикой?

— Сложно сказать — после чего именно. В целом, анализируя свою карьеру, постепенно, всегда, наверное, готовилась к этому. Потому что я общественник, преподаватель БГУ, юрист, правозащитник и суть моей депутатской работы по сути не изменилась. Просто возможности теперь другие, но суть та же — помогать людям. Как законодатель могу применять опыт, полученный в адвокатской, правозащитной деятельности, и применять его в законотворчестве. Главное в работе — борьба за общие ценности. Как это не банально звучит, «Зеленые» в принципе глобалисты, вот у нас все глобально и получается.

— Каким образом формировались отношения с коллегами по Курултаю? И какие они сейчас? Известно, что размер доходов – как следует из опубликованных деклараций на сайте парламента, к примеру, за 2016 год, сильно разнится и составляет от 600 тысяч рублей у одних до более 200 миллионов рублей у других в год. Влияет ли такой разрыв на взаимоотношения между законодателями? Какие нюансы Вы можете отметить?

— С коллегами идет планомерная работа. Не могу сказать, что возникали какие-то эксцессы. В целом, знаете, 2013 год, когда были выборы в Курултай, для меня был очень интересным. Общее представление и тенденция такая есть, что в депутаты идут люди с большими деньгами, с большими возможностями и административными ресурсами, это понятно. И я на этом фоне человек другого круга — правозащитник, преподаватель, общественник. Да, можно большего добиться при серьезных ресурсах. Но, как говорится, дорогу осилит идущий. Думаю, что своим примером я показываю, что стереотипы можно разрушить. Люди пойдут за тобой, если донести им свои идеи, ценности и если они, действительно, будут нужны, отвечать запросам. В принципе, это и произошло.

— О каких основных идеях идет речь?

— Я шла от партии «Зеленые». Я выбрала для себя Вазовский избирательный округ — серьезный промышленный район, где сконцентрированы крупные предприятия республики. В моей программе как кандидата в депутаты Госсобрания-Курултая значились лозунги и необходимость защиты гражданских прав на свежий воздух, чистую воду, то есть права на качественную окружающую среду. В этом вся суть движения «Зеленые». И для меня было неприятным открытием, что жителей промзон, где серьезная нагрузка на окружающую среду, вопросы экологии далеко не в первую очередь волнуют. То есть я опять попала в свою же сферу правозащитную. Людей волновали их зарплата, пенсии, проблемы в школах, садиках, дороги, ЖКХ и так далее. Опять вот эта социально-бытовая тематика, которая для меня очень близка и я поняла, что голодному человеку особо-то экология и не нужна. Да, мы параллельно занимается экологическим образованием и просвещением, но без улучшения социально-экономического положения говорить всерьез о глобальных изменениях в плане экологии, конечно, не приходится. Хотя ни одной минуты забывать об этом нельзя. Потому что если мы не будем восстанавливать экономику сегодня, то завтра может быть поздно начинать заниматься экологией.

— При таких запросах избирателей как Вы понимаете, в каком экономическом положении находится сегодня наша страна?

— Достаточно тяжелом. Может быть, в какой-то стадии оно стабилизируется. Но экономическая ситуация оставляет желать лучшего. Хотя, надо отметить, что Башкирия — в числе стабильно-развивающихся российских регионов. Можно перейти на частности, чтобы показать срез. У нас есть Юридическая клиника помощи малоимущим, в которой в год услуги получают более 1 тысячи граждан. Вопросы, с которыми к нам обращаются жители республики, четко показывают с какими проблемами мы сталкиваемся сегодня. Очень серьезная закредитованность населения. Есть люди, которые не могут выплачивать по своим долгам, это не есть показатель хорошей экономики. Очень много безработных, которые судятся с работодателями по выплатам после увольнения. Есть и такие обращения от молодежи, которые буквально не знают, куда себя деть. Они готовы работать, применять свои силы, но даже после окончания серьезных учебных заведений, они не могут найти себе применение. Эту информацию в своей депутатской работе беру на вооружение и применяю ее уже в своей законодательной работе: куда мы должны свои усилия прикладывать? Потому что даже государственный подход, наверное, стоит сегодня корректировать, чтобы избежать иждивенческих настроений. Развитие страны — в сегодняшней помощи молодежи. Это наш потенциал. Приоритеты надо расставлять так, чтобы вкладывать именно в будущие кадры, которые будут спасать этот мир.

— Наверняка, предложения по этим проблемам мы услышим во время предвыборной гонки. Весной следующего года планируются выборы президента России, осенью — депутатов Курултая Башкирии. И, надо отметить, что ситуация обостряется. Несколько дней назад в эфире главного республиканского телеканала БСТ неизвестные врезали в эфир аудио с призывом отставки региональной власти. В Стерлитамаке также был совершен поджог офиса Вашего коллеги, вице-спикера Вадима Старова. Какие у Вас политические амбиции и не пугают ли Вас такого рода происходящие события?

— Такие события не пугают. Морально готовы участвовать в выборах, которые сам по себе очень сложный и с эмоциональной точки зрения, и по затратам процесс. Намерения самые серьезные: только вперед и бороться. Потому что не смотря на всю тяжесть вот этой ноши и пропагандировать вот эти идеи «Зеленых» об экологической безопасности, бережном отношении к природе, а это на самом деле очень сложно и не всегда удается найти понимание на всех уровнях, но результаты есть, как мне кажется. Пусть, еще маленькие. Но надо продолжать доносить до каждого гражданина — спасите себя. Просто себя спасите, своего ребенка, своих близких. Я в это все верю и вкладываю в это много сил.

Партия, которая не участвует на выборах, я считаю, не может восприниматься всерьез избирателями. Если ты хочешь изменить этот мир, ты должен принимать активное участие и пытаться влиять на то, что происходит в этой стране, а не сидеть и критиковать. У нас, кажется, хорошо получается продвигаться вперед. В прошлом году 29 депутатов прошли на разных уровнях в Башкирии и мы будем стремиться к тому, чтобы в нашем парламенте нас было гораздо больше.

— Какие результаты на сегодня Вы могли бы отметить?

—  Четыре года в принципе прошло и, наверное, можно какие-то итоги подводить. Не все так радужно, как я планировала. Потому что на самом деле в 2013 году мне казалось: вот оно! раз я смогла сломать эти стереотипы, что в политику идут только самые богатые, и пройти, а нас было 9 человек на одно место, достаточно серьезные конкуренты, очень состоятельные конкуренты, и тогда мне казалось, что теперь осталось только изменить мир. Вот эти вот первые мысли быстро улетучились. Когда ты вникаешь в проблемы на государственном уровне, понимаешь, что не все так просто. И это осознание к определенным выводам тебя приводит. И сейчас, повторюсь, стараюсь не растрачивать силы на проекты, где изначально знаю, что эти проекты не потяну, но тем не менее стараюсь охватить какой-то участок и отрабатывать его. И в этом формате мы хорошо продвинулись в деле бурзянской пчелы, например. Было много экспедиций, обсуждений с экспертами и просвещения населения. К сожалению, сейчас не все понимают суть этой проблемы. Но у нас появились сторонники и это можно считать продвижением.

Еще несколько тем — внутренний экологический туризм, особо охраняемые территории. В этом направлении продвигаем проект создания геопарка ЮНЕСКО. И здесь республика в числе первых в стране вышла на законодательный уровень. Понимаете, это говорить легко, но пока выйдешь на уровень законодательной инициативы, проходит очень много времени. Это надо отрабатывать не только технически, но и физически. Это нужно ездить, общаться, встречаться, договариваться. Тем не менее, когда видишь эти результаты, конечно, очень приятно, что это было не зря.

Думаю, что есть подвижки в части улучшения экологического образования, культуры, просвещения. Говорила и буду говорить, что пока мы этот пробел не восполним ни у себя в сознании, ни в сознании своих детей, тяжело будет двигаться дальше в широком смысле этого слова. Возьмите историю с субботниками: идем, мероприятие проводим, убираемся, убираемся, но стоит вернуться туда же через месяц и там то же самое. Пока люди не перестанут сорить там, где живут, субботники можно устраивать до бесконечности и все это так и будет продолжаться. Любые глобальные проекты правительства не найдут отклика в сердцах людей, если там понимания всех этих вопросов не будет.

— И в завершении небольшой блиц-опрос. Бог есть?

— Есть. Я верю в это и это не простые слова. Бог может быть в тебе, в твоем сердце. Он, действительно, есть. Без веры тоже жить нельзя. И сколько было ситуаций, когда хочется опустить руки, теряешь надежду, молишься и понимаешь, что Бог не оставит тебя в этой ситуации. И особенно осознаешь это, когда понимаешь, что делаешь что-то хорошее не для себя, а для всех и находишь подтверждение того, что он есть.

—  Счастье для Вас это…

— Понятие, конечно, емкое. Но, в первую очередь, это здоровье моих близких, гармония в семье, в себе. И, наверное, еще этот список можно продолжать.

— Есть ли преимущества у женщин-политиков перед мужчинами-политиками?

— Преимущества в каком-то смысле есть. Не смотря на то, что ты находишься в одном поле боя, вроде бы скидок ни на кого нет, но тем не менее, если рядом с тобой настоящий мужчина, он все равно где-то тебе и уступит и выслушает тебя, может быть, только из-за того, что женщина. А дальше, когда тебе дают возможность высказать свое мнение, это уже хорошо, работа начинается, во многом основанная на твоих аргументах. Тут уже нет мужчин и женщин и есть только политики, чиновники и на первое место выходит дело, над которым работаешь.

— Женщина-политик, на которую Вы ориентируетесь?

— Может быть, не всем она нравится, но для меня ориентир — Маргарет Тэтчер, которую называли «Железная леди». Привлекают ее целеустремленность, бескомпромиссность, хотя, это не всегда хорошо в политике, ну и четкая железная воля.

— Кем Вы видите себя через пять лет?

— Политическую арену покидать не собираюсь. Мне это нравится. И главный критерий — результаты нашей работы. Зная свой потенциал, надеюсь сделать еще очень много полезного для своей республики и страны.

— Спасибо за беседу!

Екатерина Тимиряева

x

Это интересно

zadornov

Последнее интервью Михаила Задорнова

Николай Бажин

Авторизация

 
РегистрацияЗабыли пароль?

Регистрация

 

Генерация пароля

Регистрация